Пятнадцатого июля на аукционе Sotheby’s в Нью-Йорке скелет тираннозавра по кличке Гас ушёл с молотка за 50,1 миллиона долларов, что почти вдвое превысило предварительную экспертную оценку. Лот включает 183 кости, в том числе редчайшие брюшные ребра, и все шесть зубов, а по массе он сохранён на 75–80 процентов. Это один из крупнейших и наиболее полных экземпляров, и рекордная сумма стала абсолютной для ископаемых останков. Канал kontext_channel опубликовал эти данные аукционного дома. Разберёмся, что скрывается за этими цифрами.
Агентство Bloomberg отмечает, что скелеты динозавров стали новым востребованным классом активов для сверхбогатых людей, подобно спортивным франшизам или яйцам Фаберже. Они представляют собой смесь гламура и первобытной привлекательности для состоятельных покупателей, которые считают традиционный рынок искусства слишком взыскательным или запутанным, но не отрицают очарования тираннозавра. Миллиардер Дэн О’Дауд, купивший скелет Самсона за 600 тысяч долларов в 2009 году, назвал его лучшим мыслимым трофеем.
Ценность таких останков, как и произведений искусства, складывается из происхождения, желания владельцев и подтверждённой подлинности. Сформировались негласные критерии: хищники ценятся выше травоядных из-за редкости сохранных останков, а ключевым фактором выступает процент найденных костей. В 2020 году Christie’s продал Стэна за 31,8 миллиона долларов, а спустя два года Кен Гриффин потратил 44,6 миллиона на стегозавра Апекс, и в торгах участвовали знаменитости.
В соцсетях и среди коллекционеров мнения расходятся. Одни восхищаются тем, что динозавры дают понятную и зрелищную альтернативу запутанному рынку искусства, а другие тревожатся, что ажиотаж уводит уникальные научные образцы в частные руки и лишает музеи возможности изучать их. При этом состоятельные покупатели видят в покупке не только престиж, но и способ сохранить капитал.
Для российской аудитории эта история скорее познавательна, чем прикладна, потому что в России нет развитого рынка частных продаж таких останков, а крупные экземпляры обычно поступают в государственные музеи и научные собрания. Тем не менее интерес к палеонтологии у нас растёт, и отечественные находки нередко становятся достоянием федеральных коллекций, а не предметом аукционного ажиотажа.
Кстати, если захотите разобраться в незнакомых рыночных терминах, — нейросеть AiGENDA может объяснить значение понятий с аукционов и помочь составить краткое сравнение цен на редкие активы по открытым данным. Попробуйте бесплатно или выберите гибкий тариф под свои задачи.
